Вот здесь размещена англоязычная статья о том, как с 1990 года Ауди, Порше, мерседес, вольксваген и БМВ участвовали в картельном сговоре.

Это выяснилось в рамках расследования «дизельгейта». Помимо прочего всплыло то, что все немецкие производители, не конкурировали между собой, а действовали как, цитата : «немецкий автопром инкорпорейтед»

Между представителями немецких брендов были проведены сотни встреч высокопоставленных лиц и экспертных групп. В частности например так они решили, что крыша в кабриолетах должна открываться максимум на 50 км/ч у всех производителей.

Там же они решали вопросы у каких поставщиков покупать компоненты, а у каких нет.

И на таких же встречах они приняли решение о том как они будут совместно обманывать экологические стандарты.

А теперь внимание вопрос.

Не пример ли это лютой коррупции в евросоюзе и Германии в частности?

Почему они от этого не страдают?

Почему вы потеряли свой автором, а коррупционеры и обманщики нет ?

… Почему? Все ответы я многократно вам давал. Но вы как тогда их не воспринимали, так и сейчас постараетесь забыть об этих фактах.

Но я сделаю всё возможное, чтобы вы суки знали, кто на самом деле причина всего и корень зла. Это не какой то там коррупционер выдуманный, не масоны, евреи, Путин, рептилоды, инопланетяне, джихадисты, американцы, сосед алкаш с дрелью.

Это ты! Именно ты! Тот самый парень, который мнит себя рациональным потребителем.

Это ты разрушаешь собственную страну.

PS
untitled

В статье также описываются и другие случаи корпоративной коррупции в евросоюзе.

Так в 2012г производители рентгеновских трубок были оштрафованы на 1,5 миллиарда евро за карательный сговор. (Оборотные штрафы, штрафы в виде процента с оборота)

В 2016 году на 2,9 млрд евро оштрафовали производителей коммерческих грузовиков. Опять за сговор.

Что же касается самого картельного сговора немецких авто-производителей…

За последние 5 лет было проведено больше 1000 встреч. Работало более 60 экспертных групп по таким направлениям, как двигатель, подвеска, кузов итд. (Вспоминаем ваши любимые тесты евронкап и делаем выводы кто и для чего их придумал и как достигают результатов)

Конкуренция говорите?

Шпигель пишет, что порой кооперация разных производителей работала эффективнее, чем подразделения внутри этого производителя.

Так например был определён максимальный размер бака для мочевины. Определён в недостаточном для нормальной работы размере, поскольку большой бак был слишком дорогостоящим. (Привет фанатам бескомпромиссного немецкого качества). И производители решили синхронно сэкономить.

Оригинал статьи шпигель

http://m.spiegel.de/international/germany/the-cartel-collusion-between-germany-s-biggest-carmakers-a-1159471.html

Там шпигель хорошо троллит немецких производителей за их вранье о том, что они конкурируют и это классно. Приводит как под копирку писанные цитаты топ менеджеров разных компаний о пользе конкуренции.

Журналисты шпигель даже прямым текстом обвиняют их в нарушении базовых основ рыночной экономики…

И тут у меня вопрос ко всем… Так плановая экономика СССР была плоха? Что же тогда немцы с 1990 года в картельном сговоре устроили себе эту самую плановую экономику и даже договариваются какие щетки стеклоочистителей применять?

Я устал придумывать эпитеты, раскрывающие степень отсталости мышления россиян от реалий мировой экономики.

Все, что вы знаете о ней и всё, что вам говорят центральные и либеральные и даже левые и марксистские СМИ — всё бред!

Просто лютый утопичный бред! Как и вся теория рыночной капиталистической экономики.

Основной принцип капитализма — получить максимум прибыли. Он противоречит тому, что надо нести затраты на конкуренцию.

Это элементарно как 2х2. Когда это осознаешь, сначала чувствуешь себя тупым, а потом мнение о всём стаде пробивает пол выгребной ямы.

Разоблачение капитализма лежит в самой его идее. А успешным капитализм становится только когда применяет методы плановой экономики.

Просто и изящно.

Секрет успеха плановой экономики — в качестве планирования.

Секрет успеха капитализма — в обмане. Обманите конкурента, что вы занимаетесь рыночной экономикой, а сами приступайте к планированию. Планированию того, как вы обманите потребителя, чтобы продать ему то, что выгодно вам, а не ему.

Вот бы всё это понимал не только я один ( в этой стране )

Но к сожалению, чтобы это понять, именно понять самому, а не прочитать у кого-то. Нужно совместить множество факторов и знаний. Например нужно общаться с топ менеджментом корпораций и гос структур, при этом самому не являться их частью, дабы не быть зажатым в рамках их логики поведения и мышления.

PS 2
untitled

Внезапно теоретики заговора автопроизводителей оказались ближе к реальности, чем все остальные 🙂

PS 3

Откуда ты такой умный взялся и почему не работаешь в правительстве или Газпроме?

Потому такой и умный, что там не работаю. Без обид правительству и Газпрому, но сидя внутри механизма не понять как он работает, для этого нужно смотреть со стороны. Большое видится на расстоянии.

PS4
untitled

Пример планирования обмана потребителя. Наши машины на столько хороши и совершенны, что расходуют очень мало мочевины на километр пути… Заявил мерседес…

И начал отключать подачу мочевины вообще 🙂 а зачем? Никто же не проверит что там с выхлопом на движущемся авто подумали они.

https://www.driving.co.uk/news/emissions-scandal-vw-mercedes-cheat-diesel-tests/

И всё было у них хорошо, пока Дональд Трамп не начал делать Америку снова великой.

untitled
PEMS — Portable Emission Measurement System. Мобильная установка для проверки токсичности выхлопа во время движения. Вот как американцы нагибали немецкий автопром.

Для чего естественно понадобилось избавиться от паразитического вывода денег из экономики, который осушествляется покупкой иномарок.

И тут то и выяснилось, что 3 миллиона мерседесов просто на просто отключают подачу мочевины во время движения. Все ради того, чтоб её якобы хватало на межсервисный период.
7 лет с 2011 года мерседес обманывает своих клиентов таким образом.

…но все вы продолжаете им верить.

Ни скандалы с полным отсутствием контроля качества на японских заводах, ни завышение лошадиных сил у японцев, ни занижние расхода топлива у французских авто, ни скандалы с поставками заведомо не качественного металла японским сталелитейный гигантом, ни взрывающиеся, колечащие и убивающие подушки безопасности. А теперь ещё и тотальный обман и сговор немецких производителей… Ничего вас не проймет… Так ведь?

Это все не причины и не аргументы в довесок к банальному разрушению экономики от покупки иномарки…

Я все равно буду упертым русофобским бараном. Все рушат экономику и я буду. Это модно, а я не хочу, чтоб на меня показывали пальцем.


PS 5 Коррупция…
untitled
Для примера. Михаэль Яансен.
2006-2009 Шеф по персоналу, рекрутер для подбора кадров для партии Ангелы меркель.
С 2015 года — главный лоббист Берлинского департамента Фольксваген.
Никакой коррупции в Европе! Это только в России кумовство и олигархи. А так кругом социализм а равноправие.

Не знаю как в вашей голове, но лично в моей мозаика сложена полностью.
Что, почему и как. Есть ответы на все вопросы. НА ВСЕ! Если в 2015 я всё ещё не понимал, почему всё так, как оно есть. Винил коррупцию итд… то теперь я точно знаю кто, как, почему и когда.
На это мне понадобилось 15 лет. Вам предлагается пройти этот путь быстрее.
Потому, что мне не у кого было спросить и никто не мог мне рассказать. Не было такого ресурса как этот. Фактически я 15 лет работал ассенизатором, фильтруя тонны нечистот и выуживая из них бриллианты истины. Я нашёл иголку в стоге сена. Это оказалось возможно, если есть небольшой магнит — высшее техническое образование.

15 лет ради простой истины…
Единственная ценность капитализма — деньги. Нет ничего важнее денег. Для добычи денег все средств хороши. Самое лучше средство для добычи денег (после прямого грабежа) — обман. Обманывай и лги. Лги даже в том, что капитализм и рынок прекрасен, при этом не гнушайся сам применять методы планово-рейдерско-разбойной экономики. Иными словами деньги не пахнут. Пользуйся любыми доступными тебе способами получения денег. Но никогда не забывай, что те, за чей счёт ты живёшь — должны сами это поддерживать. Защищать такой порядок вещей. Поэтому не жалей денег на пропаганду, всё это в конце концов окупится и будет оплачено самими людьми, которых ты обманул.


https://wp.me/p8xIp4-3jn


Ниже приведу оригинал статьи Шпигель. Надо его сохранить на всякий случай.
Обидно когда такие вещи теряются

 

Sometimes big things are hidden behind much smaller things. For instance, one of the biggest secrets of the German automotive industry lies behind the mechanism that opens and closes a convertible top at the push of a button.

Daimler, BMW, Audi, Porsche and Volkswagen are engaged in cutthroat competition to produce the best cars. At least that’s the story often told by auto company CEOs, economists and politicians. It’s a narrative about the beneficial effect of the market economy, which is based on competition among companies. But the narrative is wrong, and this is reflected in the convertible top.

Daimler, BMW, Audi, Porsche and Volkswagen did not in fact compete over which company could offer its customers the best top. On the contrary, experts with the five automakers coordinated their actions in numerous meetings. For instance, they determined the maximum speed at which a driver could open or close the top.

«No arms race when it comes to speeds,» read the minutes of a meeting in Bad Kissingen. Arguments against an arms race, according to the minutes, were «costs, weight, increasing technological risk and crash relevance.» The result of that meeting is that the soft tops on the convertibles sold by Daimler, BMW, Audi, Porsche and Volkswagen can only be opened and closed at speeds of up to 50 kilometers per hour.

It was an agreement that suspended both competition and the market economy. It was reached by the «working group for mechanical attachments.» There were many, many other working groups involving the five German automakers, including working groups for braking control systems, seating systems, air suspensions, clutches, gasoline engines and diesel engines. The major issues were discussed and arranged in these groups.

Reporting by DER SPIEGEL into the anti-cartel authorities in Brussels and Bonn, and automakers in Stuttgart, Munich and Wolfsburg, and conversations with current and former executives, provide a previously unknown image of Germany’s most important industry. The conclusion is that Daimler, BMW, Audi, Porsche and Volkswagen often no longer compete with one another. Instead, they secretly cooperate, very closely, in fact, in the same way one would normally expect of the subsidiaries of a single company to work together, as something like a «German Cars Inc.» — or a cartel.

Daimler, Volkswagen, Audi and Porsche have already admitted as much to the European Commission and the German Federal Cartel Office. In a brief dated July 4, 2016, Volkswagen issued what amounts to a voluntary declaration of its «participation in suspected cartel infringements.» According to the VW statement, Daimler, BMW, Volkswagen, Audi and Porsche have coordinated matters relating to the development of their vehicles, costs, suppliers and markets «for many years — at least since the 1990s and to this day.»

It is not just a matter of the establishment of an exclusive club of the five German automakers with the goal of attaining economic advantages over the competition. The secret agreements are also detrimental to customers, who buy German vehicles because, among other things, they expect to be getting the best possible products from a technical standpoint. But how can a company produce the best if competition is curbed, and if the engineers stop doing their utmost to outdo the engineers working for other brands?

And then there are the millions of owners of diesel cars. In an almost bizarre way, they too are victims of the German auto cartel. For the first time, there is proof that it was agreements among these five automakers that ultimately ensured that emissions from diesel vehicles were not cleaned as effectively as would have been technically possible. This all began with the cartel of the five automakers.

Diesel buyers are now left with the damage. They face the prospect of no longer being allowed to drive their cars in cities, and of suffering significant losses when selling the vehicles. Shareholders are also among the victims. Penalties for cartel violations weaken the companies in which they hold shares and can lead to declining share prices. Suppliers are also adversely affected, as is almost always the case with cartel agreements. If the five German automakers agree to buy from only one company, others stand no chance of securing orders.

The agreements among the German automakers likely constitute one of the biggest cartel cases in German industrial history. They began in the 1990s and were expanded to include more and more issues, probably in part because industry executives long viewed violations of competition law as harmless rule violations, on a par with parking tickets.

It is only in recent years that the European Commission has begun imposing drastic penalties on companies that secretly collude on pricing or the technology they use. In 2012, manufacturers of cathode ray tubes were ordered to pay 1.5 billion euros in fines. In 2016, a 2.9-billion-euro penalty was imposed on commercial truck manufacturers.

The cartel of German automakers could also face fines in the billions. And the industry’s image, which has already suffered considerably from the diesel scandal, will be damaged even further.

The exposure of the club of five strikes the companies at a time when they need all of their strength and financial assets for other things: the transition to electric cars and their transformation into mobility service providers. It is also a time when they are being challenged by new competitors from Silicon Valley and China.

But now VW, Audi, Porsche, Daimler and BMW must first address a problem in their most recent past. It is a painstaking process, because the agreements extend across such a long time period and so many managers were involved.

The development experts at the German auto companies met «regularly several times a year.» They met in Stuttgart, Munich, Ingolstadt and Wolfsburg, and at the major auto shows in Geneva, Frankfurt and Paris. There is «the suspicion,» as Volkswagen stated in its brief, also speaking on behalf of subsidiaries Audi and Porsche, that there was «behavior in violation of cartel law.»

When a car company itself voices the «suspicion» that it may have violated laws, the evidence must be very clear. And it is.

Sometimes the cooperation among Daimler, BMW, Audi, Porsche and Volkswagen worked more effectively than cooperation among various departments within a company. The automakers’ experts were assigned to working groups and sub-working groups, classified according to the following development areas: «engine,» «car body,» «chassis,» «electric/electronic» and «total vehicle.» Because five brands were involved, the groups were known internally as the «groups of five.»

The VW Group’s self-incrimination offers a new look at the diesel scandal and its evolution. It also provides a surprising answer to the question of why the German auto industry was only able to comply with emission limits for diesel cars with tricks and deception, and why VW, Audi and Porsche even used fraud as a tool: The manufacturers were not competing to achieve a Vorsprung durch Technik, or «technical edge,» as Audi likes to tout in its British and German advertising, by effectively cleaning exhaust gases. On the contrary, they largely removed competition from this area.

At numerous meetings, they coordinated the size of tanks for AdBlue, a urea mixture used to split nitric oxide into its harmless components of water and nitrogen. Large tanks would have been expensive, so Daimler, BMW, Audi and Volkswagen agreed to use small tanks. However, at some point the amount of AdBlue the tanks contained was no longer sufficient to adequately clean exhaust gases.

The European Commission is currently examining the auto cartel case. It has seized records from the participating companies and has begun questioning witnesses. Last Wednesday, DER SPIEGEL extensively questioned the participating companies about the cartel accusations.

BMW stated: «Please understand that we cannot process your extensive list of questions. We do not participate in such speculations.»

Daimler responded: «Please understand that, as a rule, we do not comment on speculations.»

Volkswagen wrote: «We have no comment on the speculations and presumed circumstances that you have mentioned.»

  • The article you are reading originally appeared in German in issue 30/2017 (July 22th, 2017) of DER SPIEGEL.

The cartel authorities face a Sisyphean task in their investigation of the auto cartel. There were more than 60 working groups in which the automakers cooperated. «We assume,» Volkswagen wrote in its statement to the authorities, «that more than 1,000 relevant meetings took place in the last five years.»

More than 60 working groups and more than 1,000 meetings.

At this point, it makes sense to pause for a moment and ask: Excuse us? What exactly was going on in an industry that, for decades, was considered a symbol of the strength of German industry? Weren’t the heads of these auto companies constantly pointing out how fantastic the competition was, especially among the German automakers?

Commenting on the fact that Audi, BMW and Mercedes together hold about 80 percent of the global market share in the premium segment, Daimler CEO Dieter Zetsche said that one of the reasons was that «as neighbors, we are constantly stepping on each other’s toes. In this sense, competition is an incredibly good thing.» BMW CEO Harald Krüger said: «This competition constantly motivates us to achieve excellence.» VW CEO Matthias Müller praised the competition among brands. And Audi CEO Rupert Stadler said that competition had «given us all a technological advantage.»

Was it all just for show?

Of course there is still competition among German carmakers. Each of them strives to ensure that its latest model has either the most comfortable or the sportiest chassis. Each of them aims to design an especially safe vehicle that performs well in crash tests. And each company wants to be at the forefront when it comes to offering the first fully self-driving car.

There are cases in which the German carmakers do officially work together. For instance, Mercedes-Benz and BMW cooperate in buying certain auto parts. This is allowed if the parts are not relevant to competition, that is, if they do not constitute a distinguishing feature between a BMW and a Mercedes — windshield wiper blades, for example.

But beyond this known cooperation, apparently the companies, in their groups of five, secretly shut out the competition in many areas of vehicle development for years, thereby violating the basic principle of the market economy.

This has already come back to haunt them, and in dramatic fashion. The diesel scandal would not have taken shape as it did, and perhaps not even at all, without the agreements among German automakers. It is not the work of a few criminal managers in the Volkswagen Group, but ultimately the result of secret agreements within the entire German automobile industry. DER SPIEGEL has already reported on the initial signs of collusion.

The companies have been coordinating their efforts in numerous meetings and conference calls since 2006. There were agendas and minutes of these meetings. And sometimes the participants even joked about the aspect of confidentiality. One Audi email, for example, reads: «Hello everyone, here is the information on the ‘secret’ meeting in Munich.»

The starting point was the debate over the increase in the greenhouse gas CO2 and the resulting global warming. Calls for limits on CO2 emissions became more and more vocal worldwide. After heavy industry and energy producers, the automobile industry also came under fire.

A Japanese carmaker had a response to the criticism. Toyota was already selling vehicles with hybrid drives, in which a classic combustion engine is supported by an electric motor. Fuel consumption and, as a result, CO2 emissions declined considerably. It was considered a pioneering technology. The European Commission, under then President José Manuel Barroso, even discussed imposing a mandatory quota for hybrid drives.

The German automobile industry had nothing comparable to offer in this area. Instead, it chose to back the more than 100-year-old diesel technology. Diesel engines, which emit less CO2 than gasoline engines, were to become their answer to climate change.

Реклама